 |


 |
brilliant_bird | |
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
я хотела сказать о явлении гораздо более широком, об огромной пропасти между нормально живущими людьми и людьми искусства, которые пытаются о них рассказывать. Существуют два основных способа художественного представления действительности: либо можно показывать бедность, помойку и людей, едящих камни, когда сам ешь что-то совсем другое. Либо можно переделать все в фотошопе и вставить компьютерные модели зданий. У меня впечатление, что появляются только эти два вида фильмов, эти два вида книг. Искусство становится двухконвеерной фабрикой, и находясь в мире этой фабрики, я вижу расчетливость, с которой часто строятся эти образы. Должно быть что-то о гомосексуалистах, о нетерпимости, ксенофобии, об исключении и искоренении, независимо от того, касается ли это тебя непосредственно и касается ли вообще. Может, если бы я попала на другого издателя, я тоже писала бы книжки о геях, к которым нетерпимо относятся, хотя я и не гей. Даже сейчас, когда я смеюсь над этим железным набором тем, то тоже пишу об этом, и таким образом тоже закрепляю это. ... Существует группа зрелых, прекрасно пишущих писателей, у которых, однако, нет доступа к современной компьютерно-интернетно-потребительской действительности, и, с другой стороны баррикады, существуют молодые писатели, у которых есть исключительно этот опыт, но он не существует ни на какой временной оси. Перед тем как я написала эту пьесу у меня были такие мысли, что молодые люди вообще не должны писать книжек, они должны быстро повзрослеть, набрать немного извилин в голове, и тогда только писать. ... У меня есть ощущение, что можно придумывать десятки презабавных языковых конструкций, чтобы выразить пустоту современного мира, но этот образ всегда будет плоский. Поэтому я хотела порвать рубаху и отдать свою клавиатуру. Потом только я увидела, что это не так, что это тоже опыт: иметь в себе это прошлое, но взятое взаймы, прочитанное, рассказанное, увиденное по телевизору. Быть таким современным ребенком-киборгом, который все видит как экран телевизора, информационный сервис, из которого выскакивают очередные окошки. http://f.inosmi.ru/showthread.php?s=d5efcbfd585531f46288889b0d357a39&t=50093&goto=nextoldest
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
 |
|

 |
 |
 |
 |
 |
Всегда пожалуйста! Я всего лишь на всего еду делать читку "Румын" на лаборатории в Лысьве (сама смеюсь контрасту с Чикаго), но подошла к делу с привычной дотошностью. Читаю "Войну", читаю интервью, качаю "Отца Матеуша" (подозреваю, что ксендз Гжегош - это он, т.е. непосредственно религиозного в Гжегоше мало). Наверное, незачем, но вдруг пригодится. Вчера пришла с очередной "новой драмы". В ЦДХ в рамках Книжной ярмарки были читки, 5 часов подряд. Оч забавно вышло: начали во дворе, но начался такой сюрный ураган, что, казалось, он написан кем-то из авторов. Все перебрались вовнутрь, где заседали вполне приличные люди (за стенкой обсуждали почему-то экономическое развитие Англии в 20 веке). А тут в холле кружком располагается полсотни мокрых людей. Заинтересованные книгочеи, книготворцы и книготорговцы, подходящие к этой к кроткой группе, с удивлением слышат из ее сердца истошные повторяющиеся вопли: "Распиздячим мавзолей" и "Разъебошим китайцев". Но я не об этом. Я все думаю, почему "Румыны" понравились мне больше многого отечественного. У Масловской дивное ухо, но у Ворожбит не хуже. Может, это с композицией связано?
|
 |
 |
 |
 |
|

|  |
 |

|
 |
|
 |